Выборы — это святое: «Конклав» Эдварда Бергера
Согласно определению русскоязычной википедии, конклав — это «собрание кардиналов, которое созывается после смерти или ухода в отставку папы римского для избрания нового папы». Фабула нового фильма Эдварда Бергера полностью укладывается в это определение: в первой сцене над телом пожилого приставившегося понтифика читают молитву за упокой, и только в последней выясняется, кто же станет его преемником. А между этими двумя эпизодами — целая эпопея. Грандиозные секретные выборы, участники которых не только отстаивают свои собственные интересы, но и пытаются отрефлексировать веру, не запачкавшись в ходе политической процедуры. Психологическая драма про кризис церкви и общества подана через классические приёмы триллера и детектива — и следить за таким конклавом интереснее, чем за выборами американского президента.
Как только становится известно о смерти папы, кардиналы со всех частей света съезжаются в Ватикан: избрание нового понтифика — дело чрезвычайной важное и даже более серьёзное, чем светские выборы, потому что здесь участники голосования чувствуют ответственность не только перед человечеством, но и перед Господом. Сама процедура несложная: кардиналы (всего их чуть больше сотни) оказываются заперты на несколько дней в Ватикане без каких-либо связей с внешним миром и, расположившись в Сикстинской капелле, голосуют друг за друга. Первый, кто наберёт две трети голосов, станет папой.
Естественно, все сразу же разбиваются на «коалиции»: консерваторы поддерживают друг друга и поначалу выигрывают с огромным перевесом, а либералы пытаются найти слова, чтобы им противостоять. Симптоматично, что либеральная риторика здесь как бы выковывается по ходу действия: нет ни одного кардинала, который с самого начала и до конца был бы в состоянии убедительно реагировать на агрессию и ксенофобию своих коллег. Только вместе, сменяя друг друга и прибегая не к харизматичности, а к собственному осмыслению веры, они могут сформулировать своё слово — созвучное времени и окружающей реальности. При этом надо сказать, что «Конклав» — это не фильм о диалоге (каким были, например, «Два папы» Фернанду Мейреллиша, сравнение с которыми уж очень напрашивается). Наоборот, это картина о попытке договориться в эпоху, когда кажется, что сама форма диалога постепенно изживает себя. Не только потому, что две стороны настолько далеки друг от друга, что никогда не придут к консенсусу, но и потому, что аргументы обеих давно известны, а найти что-то новое и по-настоящему убедительное — сродни неожиданному открытию.
Именно поэтому вся ватиканская архитектура — от ренессансных атриумов до мраморной облицовки интерьеров пасторской гостиницы — выглядит в кадре своеобразным лабиринтом: человечество ходит туда-сюда в надежде на то, что когда-нибудь сможет развязать узел взаимного непонимания. Воплощением такого чувства потеренности и одновременно с этим ответственности за всё, что здесь происходит, становится центральный образ картины — кардинал Лоуренс, которому поручено провести конклав. Он — организатор, «управляющий фермы», постоянно сомневающийся, но к концу фильма начинающий осмыслять устроительство выборов как собственную миссию. Играет его Рейф Файнс — играет мастерски и психологично, да так, что выглядит фаворитом будущего «Оскара». С актёрским составом вообще в этом фильме проблем нет: в второстепенных ролях Бергер снимает Стэнли Туччи, Джона Литгоу и Лусиана Мсамати, а за главную (и, по большому счёту, единственную) женскую партию отвечает Изабелла Росселини.
Эдвард Бергер в своих фильмах всегда очень дотошно относится к технической составляющей и, несмотря на то, что снимает актуальное кино, созвучное времени, он делает это довольно зрительски. Кадр у него всегда выстроен очень стильно, монтаж динамичный, музыка добавляет грандиозности и подчёркивает ритмику повествования. Всё вместе складывается в зрелищную картину, приковывающую взгляд зрителя, но тем самым несколько упрощающую повествование и уводящую его в жанр. Так, при всех достоинствах этой работы (а она, как и любой увлекательный триллер, по-настоящему завораживает), есть и недостатки: иногда Бергер начинает играть в символизм, что порой выглядит довольно прямолинейно. А особенно обидно, что некоторые образы — при том, что главные герои прописаны очень точно и психологично — сделаны прямо-таки карикатурно (таким, например, получился главный консервативный кардинал Тедеско — бородатый итальянец, который ненавидит французов и курит айкос).
Но самое противоречивое начинается в конце, когда режиссёр, видимо, чтобы не потерять зрительское внимание, принимается раз за разом выворачивать сюжет так, что даже представить себе не можешь. И если поначалу это очень даже встряхивает, то потом начинает напоминать графоманию с элементами манипулятивности. Закончится же всё так неожиданно, что, наверное, разделит аудиторию пополам: одни скажут, что это финал тонкий и очищающий, а другие не примут его из-за прямоты, искусственности и нереалистичности. Штука в том, что и те, и другие будут правы по-своему; мы же только констатируем, что финал «Конклава» (вне зависимости от того, как к нему относиться) явно уступает по своим художественным качествам основной части фильма. Очень уж много в нём режиссёрской самоуверенности, и это при том, что в одной из сцен герой Рейфа Файнса буквально уличает в этом же своих оппонентов: уверенность — страшный грех; умение верить и сомневаться — счастье и добродетель.
