Шон Коннери: главному британскому шпиону — 95

«Моя жизнь — это смесь случайностей и удач. Когда началась война, мне было девять. Мы жили в полной нищете в Эдинбурге. Я начал работать в двенадцать, а через год бросил школу. Едва ли можно сказать, что я получил какое-то образование. Я до всего доходил своим умом. Вот почему я чувствую себя маленьким мальчиком в обществе интеллектуалов».

Фрагмент из воспоминаний самого Шона Коннери

Скандально известному и неоднократно титулованному шотландскому актёру, которого зритель запомнил по фирменной улыбке и безупречной джентльменской обходительности на экране, вчера могло бы исполниться 95 лет. И даже несмотря на ряд очень спорных высказываний, за которые Коннери пришлось оправдываться ещё при жизни, он остаётся одним из главных — не будем тут умалять вклад ирландца Пирса Броснана в «бондиану» — и самых узнаваемых лиц британской разведки, то есть MI6, в мировом кинематографе. Но прежде чем стать первым исполнителем роли Джеймса Бонда, сэр Томас Шон Коннери (полное имя артиста) прошёл непростой и извилистый путь.

Сегодня сложно представить, что будущий герой мировых экранов и любимец миллионов женщин, родившийся 25 августа 1930 года, поначалу совсем не думал о карьере большого артиста и пробовал себя везде, где только можно было хоть как-то заработать деньги на жизнь: начиная от молочника и заканчивая полировщиком гробов. Исторический пейзаж послевоенной Шотландии добавлял особого колорита: страна только-только начала восстанавливаться из руин, а на улицах массово промышляли банды, внушавшие страх даже полиции. 

Родители Коннери, выходцы из рабочего класса, не имели к искусству никакого прямого отношения. Но уже тогда совсем ещё юный Томас чувствовал, что был рождён, видимо, для чего-то большего, поэтому спустя небольшой промежуток времени вступил в ряды Королевского военно-морского флота Великобритании. А после уже в 21 год, в 1951, устроился в Эдинбургский королевский театр.

Одно из первых появлений Коннери в мире большого кино состоялось в 1958 году в рамках картины «Другое время, другое место» режиссёра Льюиса Аллена. Впрочем, в историю вошёл не столько сам фильм, сколько случай, произошедший при участии артиста в ходе съёмок. Его коллега по киноленте, актриса Лана Тёрнер, на момент производства ленты встречалась со вспыльчивым гангстером Джонни Стомпанато, до которого дошли слухи о романе Томаса и Ланы. В порыве страстной ревности бандит заявился на съёмки, но был стремительно обезоружен и вышвырнут Коннери, что поразило всю съёмочную группу, включая самого Льюиса Аллена. Такая сила появилась у актера не случайно: в свое время прекрасной защитой от организованной преступности на улицах Эдинбурга стало увлечение Томаса бодибилдингом. А в 1953-м году он даже занял третье место на конкурсе культивистов.

Примерно в те же годы вышло ещё порядка пяти-шести фильмов с участием сэра Томаса Шона на второстепенных ролях, но широкого внимания они к себе не привлекли, скромно растворившись в потоке истории британского кинематографа. Настоящий триумф был только впереди.

На дворе 1962 год. Во всех кинотеатрах идет самая первая картина о Джеймсе Бонде, срежиссированная Теренсом Янгом, — «Доктор Ноу». Это был настоящий успех: к выходу киноленты вышла одноимённая серия комиксов и был издан альбом с песнями из фильма. Кстати, примечательно, что у первой части «бондианы» тогда не было тех художественных особенностей, которые потом стали визитной карточкой всей франшизы. Речь идёт, конечно, об отсутствии в ней заглавной песни и заставки со стилизованными титрами, где агент 007 стреляет в дуло пистолета под знаменитую музыкальную тему. Всё это появится немного позднее, но исключительно благодаря «Доктору Ноу», который своим успехом не только породил серию аж из 25 фильмов о приключениях шпиона-сердцееда, но и создал новую разновидность игрового кино — картины о секретных агентах.

Сэра Томаса Шона Коннери на роль Джеймса Бонда утвердили не сразу: продюсеры долго сомневались в том, сможет ли этот странный артист с прошлым бодибилдера и отсутствием манер сыграть настоящего джентльмена-убийцу с безупречной внутренней выдержкой. Но удача ему всё-таки улыбнулась. В утверждении каста принимал участие сам автор приключений о Джеймсе Бонде — английский писатель Ян Флеминг, — который доверился очаровательному шотландцу. Как выяснится позже, именно этот шотландский акцент станет всеми узнаваемой фишкой. Любопытно, что в своих романах Флеминг не особо уделял внимание внешности главного героя, поэтому формировать экранный образ Бонда можно было как угодно.

В конечном счёте Коннери сыграл шпиона британской разведки на экране ровно семь раз: начиная от вышеупомянутого «Доктора Ноу» и заканчивая «Никогда не говори “никогда”» (1983 г.). Сам актёр часто говорил, что ненавидел этот образ всей душой и при каждом удобном случае пытался «убить» своего героя, но глупо отрицать, что именно роль сексуального, сдержанного, интеллигентного шпиона в пошитых по индивидуальным меркам пиджаках вознесла звезду Шона Коннери до высот кинематографического Олимпа.

С одной стороны, 60-е годы сделали артиста настоящей звездой, а с другой — прочно закрепили за ним амплуа одной роли: изысканного Джеймса Бонда с коктейлем водка-мартини и в окружении толпы красивых дам. Параллельно, конечно, Коннери снимался, и много: достаточно вспомнить психологический триллер Хичкока «Марни» 1964 года, военную драму Люмета «Холм» 1965 года или вестерн Дмитрика «Шалако» 1968 года. Но все эти и прочие роли не давали большого пространства для манёвра в глазах массового зрителя. Чего-то совершенно точно не хватало, и Коннери сам это прекрасно понимал. Так продолжалось до тех пор, пока в его биографии не появилась совместная работа с классиком советского кино — режиссёром Михаилом Калатозовым. 

Фильм «Красная палатка» 1969 года является ярким примером какого-то удивительного межнационального кроссовера: здесь на экране появились вместе шотландец Шон Коннери и советский гражданин Никита Михалков, само кино снял великий Калатозов, для которого кинолента оказалась, к слову, последней, а сама по себе она — советско-британо-итальянский фильм-катастрофа, для которого музыку писали Александр Зацепин и Эннио Морриконе. Какая-то мультивселенная безумия, не правда ли? А ведь тогда подобный проект действительно имел место быть, во что сейчас даже сложно поверить. Это была первая для СССР кинолента, финансирование которой разделили западные страны, представлявшие оппозиционную политическую идеологию. Оттепель во всей своей красе! Кстати, Коннери жители Советов тогда знали не очень хорошо: «бондиану» в кинотеатрах, конечно же, не показывали, хотя советские граждане имели представление о том, кто такой агент 007.

Потом было ещё много интересных ролей Томаса Шона, среди которых: «Убийство в Восточном экспрессе» 1974 года всё того же Люмета, «Имя розы» 1986 года Жан-Жака Анно, «Неприкасаемые» 1987 года Брайана Де Пальмы, за которых Коннери получил «Оскар» за лучшую второстепенную мужскую роль, и другие работы. За всю карьеру он сыграл более чем в 70 фильмах.

Шон Коннери — удивительный пример того, как один человек способен уместить в себе огромное количество граней актёрского таланта и неиссякаемый дух авантюризма, благодаря которому во многом и сложилась его творческая судьба. Он всегда был огромным и преданным патриотом Шотландии, любил спорт в целом и футбол в частности и открыто признавал, что женщин не понимает, но очень их любит. Коннери как-то сказал, что хотел бы стать «стариком с хорошим лицом — как Хичкок или Пикассо». И, кажется, ему это действительно удалось.