Сатоси Кон: режиссёр, сюрреалист, гений

Сегодня, 12 октября, Сатоси Кону, одному из самых узнаваемых режиссёров в истории японской анимации, могло бы исполниться 63 года. Пятнадцать лет назад его не стало: он ушёл из жизни после изнурительной болезни, оставив нам бесценное наследие своего таланта — «Паприку», «Актрису тысячелетия», «Идеальную грусть» и «Однажды в Токио». О судьбе и многогранном творчестве Сатоси Кона — читайте в нашей новой статье, посвящённой памяти великого режиссёра.

О жизни Сатоси Кона, как и в случае со многими японскими творцами, известно не так много. Судьба с ранних лет вела его по нестандартному пути. Родился Сатоси Кон 12 октября 1963 года на Хоккайдо, но часто переезжал вместе с семьёй из-за работы отца. Вопреки ожиданиям, это не отразилось на его мировоззрении. Как и многие его сверстники, он погружался в мир манги, смотрел мультфильмы со всего света. Даже его подростковый бунт был удивительно сдержанным: вместо вызывающего поведения — лишь длинные волосы, ставшие впоследствии визитной карточкой режиссера, а вместо спорта — кружки рисования и любителей манги. 

В общении Сатоси Кон больше тяготел к обществу девушек, находя его более тёплым и искренним. Возможно, именно это тонкое понимание женской натуры позже позволило ему создать столь пронзительные и запоминающиеся женские образы. Героини его картин — будь то целеустремлённая актриса или дерзкая учёная — всегда были уникальными, наделенными яркими характерами, неповторимой внешностью и собственными, глубоко личными стремлениями.

Карьерный путь Сатоси Кона, который в итоге привел к званию одного из самых узнаваемых режиссёров японской анимации, начался со знаковой встречи с его кумиром — Кацухиро Отомо. Ещё в детстве Кон зачитывался мангой Отомо «Дому» (1980–1981), а их личное знакомство состоялось на церемонии премии журнала Young Magazine, где дебютную работу Кона «Торико» отметили как многообещающую. Это событие открыло перед ним новую главу: он стал работать подмастерьем у Отомо и даже принял участие в создании легендарной манги «Акира» (об её экранизации мы подробно рассказывали ранее).

Но творческий союз оказался не вечен. Во время работы над мангой «Серафим: 266,613,336 крыльев» между Отомо и Коном возникли принципиальные разногласия во взглядах на развитие сюжета, и их пути окончательно разошлись.

Однако именно в период совместной работы Отомо и Кона, во время создания новеллы «Воспоминания о будущем» (1995), и зародился фирменный творческий почерк Сатоси Кона. В этой истории, где группа астронавтов оказывается в плену жутких воспоминаний оперной певицы, впервые проявилась излюбленная тема режиссёра — причудливое и тревожное столкновение мира реального с миром грёз.

В 1995 году Сатоси Кон приступил к работе над мангой «Опус», которая, как и многие его последующие проекты, осталась незавершённой. Именно в этом произведении тема столкновения миров, лишь намеченная ранее, раскрылась в полной мере.

Сюжет «Опуса» строился вокруг мангаки Тикары Нагаи, создателя популярной серии «Резонанс» — истории о будущем, где телепаты стали обыденностью. Девушка-детектив Сатоко, обладающая такими способностями и в детстве едва не ставшая жертвой маньяка, противостоит могущественному медиуму по прозвищу Маска. Ей помогает Лин, телепат-самородок и главарь уличной банды. Согласно сценарию, Лин должен погибнуть в финальной битве, однако юноша, не желая мириться с такой судьбой, совершает невозможное: он проникает из мира манги в реальность и похищает роковые страницы прямо со стола Тикары. Это вынуждает самого мангаку отправиться в вымышленную вселенную, а в итоге — оказаться в нашей действительности, где он встречает своего создателя, Сатоси Кона. Сюжет безумен и совершенно нормален для полёта фантазии Кона.

Параллельно с созданием манги Кон начал работу над своим анимационным дебютом — экранизацией романа Ёсикадзу Такэути «Идеальная грусть», опубликованного в 1991 году. В сценарий будущего фильма он переписал сюжет практически целиком. Интересно, что, несмотря на прошлые разногласия, именно Кацухиро Отомо, автор иллюстраций к оригинальному роману, порекомендовал студию Madhouse пригласить Кона на роль режиссёра. Так было положено начало многолетнему и плодотворному союзу мастера со студией, подарившей миру «Акиру». В «Идеальной грусти» (1997) Кон виртуозно исследовал мучительный переход из одного творческого состояния в другое — метафору его собственного превращения из мангаки в режиссёра, — одновременно создавая проницательный взгляд на медийную среду поп-культуры.

Я намеревался усидеть на двух стульях, «манге» и «анимации», но в журналах меня почти всегда представляли как режиссера аниме, так что вторая половинка моего творческого «я» оказалась похоронена. Не я ее погребал, и отрекаться от нее я не собираюсь, но не мне спорить с объективной оценкой общества. Так что, с оттенком самоиронии, я говорю о себе «мангака в прошлой жизни».

— Сатоси Кон

Следующим шагом в кинематографическом путешествии Кона стала «Актриса тысячелетия» (2001) — красивая и трогательная ода искусству перевоплощения и вечному поиску собственного «я» среди множества прожитых жизней. Фильм рассказывает о документалисте, который пытается разгадать тайну пожилой актрисы Тиёко Фудзивары. И в этом расследовании границы между кино и реальностью начинают стремительно растворяться.

Для создания этого путешествия по волнам японского кинематографа Кон, ранее мало знакомый с отечественной классикой и вдохновлявшийся работами Дэвида Линча, провел масштабную исследовательскую работу. Он погрузился в изучение архивных картин и биографий великих актрис, таких как Сэцуко Хара и Хидэко Такаминэ. С последней он даже лично встретился для большого интервью, чтобы сделать образ своей героини максимально живым и психологически достоверным.

Визуальный ряд «Актрисы тысячелетия» — это не просто хронологические прыжки во времени, отмеченные сменой цветовой палитры. Это настоящее стилистическое путешествие: Кон тонко воссоздаёт эстетику ключевых жанров разных десятилетий — от изысканных костюмированных драм до напряжённого фильма-нуар, от монументального «кайдзю-эйга» (фильм о «кайдзю», монстре-гуманоиде, как, например, Годзилла) до футуристичной космической научной фантастики.

Однако в фильмографии режиссёра найдётся работа, почти полностью лишённая его фирменных игр с реальностью. «Однажды в Токио» (2003), стоявшее по хронологии между «Актрисой тысячелетия» и «Агентом Паранойи» (2004), — это история трёх бездомных: сбежавшей из дома Миюки и двух немолодых бродяг, Дзина и Ханы. Под Рождество они находят младенца и пытаются то ли вернуть ребёнка родителям, то ли создать собственную, неформальную семью. 

Парадоксальным образом, «Однажды в Токио» говорит об иллюзиях — тех установках, что мы создаём в отношении себя и близких. И в сущности, эти социальные мифы оказываются той же гранью безумия, что и сюрреалистичные грёзы в других работах Кона, просто облачённой в форму суровой повседневности.

Вершиной творческого пути режиссёра стал его следующий проект — «Паприка» (2006). В основе этого аниме лежит одноимённый роман Ясатаки Цуцуи, автора культовой новеллы «Девочка, покорившая время», которым Кон искренне восхищался. «Паприка» вобрала в себя самые смелые траектории воображения, став квинтэссенцией стилистических игр, сюжетных прыжков и психологических изломов, характерных для современной Японии, травмированной сложным переплетением политических, экономических и исторических обстоятельств.

Фильм наполнен отсылками к мировому кинематографу: в снах персонажей мелькают фрагменты из «Тарзана» (1932), «Римских каникул» (1953) и «Сияния» (1980), стилизованные под уникальную манеру Кона. Когда «Паприку» показали на конкурсе Венецианского кинофестиваля, внимательные поклонники разглядели в одной из сцен многообещающий плакат — «Машина снов». Это был анонс будущего проекта Сатоси Кона, которому так и не суждено было воплотиться в жизнь.

Изнурительная работа и злоупотребление алкоголем пагубно сказывались на здоровье Сатоси Кона. Ещё после создания своей первой крупной сольной манги «Возвращение в море» он серьёзно заболел гепатитом А. В начале 2010 года последовал страшный диагноз — рак поджелудочной железы на последней стадии. Осознание неизлечимой болезни стало для режиссёра тяжким ударом; он до конца так и не смог примириться со скорой смертью. Всё это время Кон вёл записи, стараясь запечатлеть свои переживания. И 24 августа 2010 года Сатоси Кона не стало.

Уже при жизни творчество и талант Сатоси Кона оказали заметное влияние на известных западных режиссёров. Даррена Аронофски настолько впечатлил дебют Кона «Идеальная грусть», что он выкупил права на его ремейк, но в итоге ограничился визуальными цитатами в «Реквиеме по мечте» (2000) и «Чёрном лебеде» (2010). Кристофер Нолан для своего «Начала» (2010) также почерпнул несколько идей из «Паприки», включив в фильм отсылки в знак уважения к японскому коллеге. Среди единомышленников Кона, разделявших его интерес к исследованию лабиринтов сознания, нельзя не отметить и его земляка — Масааки Юасу, чья «Игра разума» (2004), по признанию самого Кона, пришлась ему по душе.

Гений создает куда больше, чем ему кажется.

— «Паприка», 2006

Несмотря на немногочисленное наследие Сатоси Кона, каждая его работа — неповторимый и изумительный мир, оставляющий след в сознании зрителя навсегда. За отпущенное ему короткое время режиссёр сумел создать вселенную, где ирреальное становится реальностью — настолько живой и красочной, что её герои и образы не просто путешествуют между собственными фильмами Кона, но и проникают в сюжеты других режиссёров, становясь частью мировой культуры.