Поиграйте с ребенком в тихие игры: рецензия на фильм «Что-то не так с Кевином»
11 июля в повторный прокат выходит триллер «Что-то не так с Кевином», отличившийся в свое время на европейских фестивалях, — экранизация одноименного романа и третья полнометражная работа Линн Рэмси с Тильдой Суинтон и Эзрой Миллером в главных ролях. Разбираемся, стоит ли обратить внимание на эту тревожную драму, которая освещает множество трудных тем и поднимает неоднозначные вопросы, на которые так и не дает ответа.
В центре сюжета — тихая жизнь Евы (Тильда Суинтон), одинокой женщины, уже долгое время пытающейся пережить нечто ужасное, произошедшее не так недавно, но еще очень живое в ее памяти. Героиня, чье сознание полно воспоминаниями о разных периодах собственного прошлого, скорее не живет, а просто существует: механически и подавленно. У фильма сложная структура повествования с нелинейным сюжетом, в котором реальность смешана с флешбеками, странными снами и резкими склейками, перемещающими нас во времени. Благодаря такой композиции зритель должен будет самостоятельно собирать всю картину по кускам, но что конкретно произошло — не узнает до самого финала. Тем не менее, постепенно открывающиеся воспоминания Евы, намеки от окружающих в настоящем, да и само название триллера, не могут не навести на предположение, что с Кевином, сыном главной героини, и правда что-то было не так.
С самого начала новорожденный, проявляя различные странности, вызывал у матери тревогу, но поскольку отклонения у ребенка не выходили за рамки нормы, очень растяжимой для детей дошкольного возраста, переживания Евы не воспринимались всерьез ни окружающими, ни даже самым близким человеком в лице мужа и родного отца Кевина (Джон Си Райли). Но, как потом выяснится, глава семейства вообще особой внимательностью не отличается, ведь, когда при вступлении в переходный возраст Кевина уже с полной уверенностью можно было отнести к категории трудных детей, отец до сих пор и души в нем не чаял. Так, тихий мальчик, с пяти лет бросающий на мать абсолютно осмысленный, полный злости и презрения взгляд исподлобья, достигнет кульминации жизни в пятнадцать, насмерть расстреляв из лука детей в своей школе, а также младшую сестру и отца, который весь стрелковый набор сыну и подарил.
Эта трагедия во всех подробностях будет открыта зрителю лишь в финале, а на протяжении картины нам представлены только сомнения, переживания и муки Евы от перманентного чувства вины из-за произошедшего, навязываемые как окружением, обвиняющим ее как мать, просто родившую «неправильного» ребенка, так и самостоятельным бесконечным поиском ошибок в воспитании сына. Главные вопросы, не озвученные прямо, но, возможно, навсегда неразрешимо нависшие в сознании героини, связаны с ее отношениями с ребенком: не исказила ли сознание мальчика ее неспособность испытывать абсолютную любовь к новорожденному? делала ли она достаточно для его нормального взросления и формирования как личности? могла ли она предотвратить трагедию? может, это с ней что-то не так?
В этом фильме важно следить за изображением, потому что визуально Линн Рэмси объяснилась красноречивее, чем на словах. Вечно ручная камера и нестабильная смена саундтреков на фоне точно подчеркивают некоторую помутненность и нестабильность сознания Евы. Акценты на красном цвете, символичные сны и двусмысленные мизансцены также выполняют свою роль, действительно превращая драму с беспокойной рефлексией об ошибках прошлого в триллер, даже настоящий хоррор повседневности, хоть и известно, что самое ужасное уже давно случилось.
Неплохо поработав в психологическом реализме, шотландская режиссер какой-либо конкретной собственной позиции в финале так и не выдвигает, как и, просто фиксируя проблему, не представляет ее решения, тем не менее заставляя лишний раз обеспокоиться родителей и тех, кто ими собирается стать, а всех остальных — вынуждая задуматься об обманчивости внешности и о том, насколько хорошо мы на самом деле знаем окружающих нас людей, даже самых близких.
