Часть I: Как развитие отношений и травмы персонажей стали центральной темой вселенной «Медведя»

Довольно трагическая комедия (как бы иронично это ни звучало) о поваре, который пытается спасти убыточный ресторан, доставшийся ему в наследство от покончившего с собой брата, и одновременно с этим по-своему переживает утрату, мгновенно перешла из статуса андердога в алмазы. Кристофер Сторер создал сериал с изюминкой, который отличается от других своим подходом к раскрытию персонажей и развитию сюжета. С одной стороны, это просто трогательное произведение о преодолении трудностей на пути к славе в ресторанном бизнесе, а с другой — монументальное пособие по изучению травмированных людей. Если вы еще не смотрели, то обязательно это сделайте, а затем прочтите наше эссе-исследование, в котором мы подробно объясним то, что вы могли не заметить. 

Глава первая: Борьба с травмой

С самых первых кадров сериал делает акцент на принадлежности главного героя к Чикаго, семейному бизнесу и в целом к ценностям внутри семьи и традициям, и это будет лейтмотивом как первого сезона, так и всего шоу. Деконструирование психологии семейных отношений (и не столь важно — кровные они или приобретенные) является приоритетом в развитии сюжета. 

Судьбоносная встреча с Сидни (Айо Эдебири) переворачивает и без того шаткий мир Карми (Джереми Аллен Уайт). Она знает его и даже знакома с его прошлым шеф-повара, с которым зрителю еще предстоит познакомиться. Несмотря на все свое восхищение, Сидни находится в недоумении и задает закономерный вопрос: «Что ты тут делаешь, если ты был шеф-поваром в лучшем ресторане страны?»

«Бутерброды, в основном», — такой простой и непринужденный ответ дает нам представление о собственной неопределенности Карми и о том, что ему только предстоит найти ответы на вопросы всей его жизни. У Сидни тоже полный дом проблем, от которых она бежит, у нее есть тайны и свои ментальные болячки. Однако там, где Карми скатывается в отчаяние, бросая все на самотек, Сидни черпает силу. Каждый такой момент она старается выкрутить в адекватное русло, структурируя хаос и этим оппонируя Карми. Они — две стороны одной медали, хаос и порядок, и пока только узнают друг друга как люди. 

С ее слов, Сидни пришла в ресторан на стажировку, но на самом деле она здесь из-за Карми, и ей суждено сыграть одну из ключевых ролей в его судьбе и в судьбе заведения. С первых же дней она попадает в немилость. Самые большие терки случились с поваром Тиной (Лиза Колон-Зайас): она хамит Сидни, дразнит и ни в какую не идет на контакт, проверяя девушку на прочность. Однако их отношения сильно эволюционируют со временем, переходя от банальных взаимоотношений коллег с зачатками помощи друг другу к уважению и наставничеству. Внимательность и похвала растопят сердце Тины и сделают ее большой сторонницей Сидни во многих вещах. Таких примеров будет много, почти каждый персонаж в этом заведении пройдет свой личностный рост, но об этом позже. Создатели сериала точно сделали акцент на внутреннее развитие героев, а не на оболочку сюжета. И это сработало как нельзя лучше, потому как именно человеческие взаимоотношения сходу начали задавать тон повествованию, и только поэтому оно идет вперед. К слову, в том числе из-за этого все действие первого сезона происходит в пределах кухни и лишь иногда переходит на улицы Чикаго или в дом к Карми. 

Пара слов о кухне. Кухня любого места — это отдельный живой организм со своими правилами и законами, и попадая туда, Берзатто-младший становится инородным телом, которое этот организм отчаянно старается вытолкнуть, в то время как он желает навести там порядок под себя (как, впрочем, и в своей голове). Бесконечные крики, грызня и подставы — у отвергающего его организма происходит стадия чистки, и работники, как один, ополчаются  на Карми за то, что он нарушает их «сложившиеся традиции». Время от времени взаимоотношения команды ресторана The Beef налаживаются, и они начинают прислушиваться друг к другу и делать первые неловкие шаги к положительному настрою в их среде. Однако радоваться раньше времени не стоит, ведь, как принято в деструктивных семьях, коей они и являются, это лишь затишье перед бурей. 

Иногда эмоциональный накал достигает такого пика, что обстановка на кухне из приемлемого хаоса становится невыносимой какофонией. Чужие пороки и ошибки вылезают наружу, а  контроль идет по одному месту в то время, как на экране происходит концентрированная вакханалия. В такие моменты при просмотре хочется максимально вжаться в сиденье без возможности передохнуть. В психологическом плане это катастрофа, но в реалиях кухни — обычный вторник. Камера переходит от кадра к кадру, как мяч на теннисном корте, общее раздражение подкрепляется прерывистыми диалогами, никто не готов соглашаться или сдавать позиции. Для каждого из членов команды это персональная война за выживание, но с другой стороны, это и борьба с прогрессом и изменениями к лучшему, в которой никто не будет в выигрыше. Именно такие последствия прочувствуют на себе все персонажи, и особенно Карми и его травмированное сознание. 

Одним из немногих моментов, которые демонстрируют психологическое состояние Карми посредством как диалогов, так и видеоряда, является его вопрос, адресованный Ричи (Эбон Мосс-Бакрак), его названому кузену и лучшему другу его покойного брата: «Как называется, когда боишься хороших новостей, потому что думаешь, что они станут плохими?» В ответ Ричи произносит довольно циничную фразу в его духе: «Это жизнь». Этот эпизод дает нам понять, что, во-первых, у Карми тревожное расстройство, из-за чего он методично избегает любых связей в своей жизни ради мнимой безопасности, а во-вторых, его окружение считает это нормой. В этом месте вопросов, откуда ноги растут, должно стать меньше.

Эмоциональный интеллект в сериале играет большую роль, здесь нет черно-белых героев, они все разных градаций серого, кто-то меньше, а кто-то — больше, и каждый по-разному способен переживать и отпускать травмы: кто-то быстрее, а кто-то медленнее. Ричи относится ко второй категории. Ему сложно адаптироваться к утрате, еще сложнее — к изменениям в ресторане. Он не способен принять, что все больше не будет идти по-старому, и даже довольно упрямая Тина смогла приспособиться быстрее «кузена». Из Ричи бьет фонтан эмоций, которые у него не получается  контролировать, а уж тем более различать. Именно такая живость героев, их пластичность или упрямость, так сильно привлекает тех, кто смотрит этот сериал впервые. 

Постепенно, с тем, как нам демонстрируют нашу кухонную семью, мы все больше узнаем и о настоящей семье Карми, такой же деструктивной, как и все вокруг него. Его брат Майки (Джон Бернтал) был наркоманом и недавно покончил с собой, сестра Натали (Эбби Эллиотт) по прозвищу «Шугар» делает все, чтобы помочь Карми справиться с их общей утратой, разделяя с ним синдром спасателя, который на самом деле развился в ней довольно давно. Мать Карми и Натали (Джейми Ли Кертис) оказывается человеком с неустойчивой психикой. Все вокруг Карми — сплошной хаос, который приводит его к паническим атакам и к походам в сообщество «Анонимных алкоголиков». В целом, перечень этих фактов говорит о том, что первый сезон — это своего рода первые шаги Берзатто-младшего после падения. После самого большого падения в самую глубокую яму в его жизни. 

Одним коротким флешбеком в начале второй серии раскрывается то, каким был мир Карми до прихода в ресторан брата: светлый, даже белый, с идеально начищенными тарелками и скомпонованными блюдами размером на один укус, мир, где каждый сотрудник полушепотом отвечал ему: «Да, шеф», а другой шеф-повар буквально желал ему кончины. Заведение его старшего брата здесь выступает противовесом: шумная, живая забегаловка, где каждый друг другу родня, а бутерброды готовятся как получится. Однако это место — путь, который Карми должен пройти с самого начала, чтобы прийти к исцелению. 

К середине сезона зрителю дают понять, как выглядел Майки в глазах других людей. Как это и положено, первый сын, который взял на себя слишком много ответственности за семью, оставленный без заботы и внимания, взращивает в себе это самостоятельно, направляя всю свою энергию на других людей. Однако за маской веселого и непринужденного человека чаще всего скрывается депрессия и, как следствие, проблемы с успокоительными. Как правило, догадаться, что подобная позитивная личность может совершить добровольный уход из жизни, довольно трудно, и поэтому близким часто сложно принять такие внезапные и ужасные перемены. 

Показательным в контексте травмы главного героя становится диалог между ним и его сестрой Натали:

— Я стараюсь тут все исправить.

— Тебя никто не просил.

Смерть брата глубоко травмировала Карми, и перекладывание вины на себя — типичное поведение человека, который не готов принять случившееся. В истошных попытках усмирить гложащее его чувство он ставит себе цель искупить вину и дать ресторану, которым заведовал его брат, новую жизнь. А заодно дать ее и себе.

Под конец первого сезона Карми получает от Майки прощальное письмо с заветными словами: «Я тебя люблю. Не загоняйся», что фактически дает понять, что годы отчуждения и расстояния ничего не значат, потому что на самом деле его любовь сильна даже после его смерти. Для Карми это первый закрытый гештальт на долгом пути исцеления. 

В качестве прощального подарка он также получает фамильный рецепт спагетти и кучу денег в придачу, которые Майки когда-то спрятал в банках из-под томатного соуса. Заручившись поддержкой Сидни (к этому моменту Карми понимает, что без нее он уже не сможет), Берзатто-младший решается наконец исполнить их с братом мечту и открыть ресторан под названием «Медведь». Финальный кадр с улыбающимся Майки — это прощание с травмой, разрушающей жизни настоящей и ресторанной семей, и начало новой главы, в которой эта небольшая деструктивная команда будет вместе двигаться дальше к общей цели.

Глава вторая: Исцеление и подъем

Второй сезон с первых секунд задает общий вайб на все серии: эта часть — про чувства и рост всей команды, поиск их места в мире и в новом ресторане. Если прошлый сезон был сосредоточен по большей части на Карми и на том, как он преодолевает свою травму, то сейчас все остальные персонажи подтягиваются к нему. 

Общее дело сближает людей, тем более если речь идет о стройке ресторана.  Взаимоотношения героев выходят на новый уровень. Некогда упертая Тина с радостью внимает всем наставлениям Сидни, особенно когда та предлагает ей пройти повышение квалификации. Натали, несмотря на прежнюю нелюбовь к ресторану, становится к нему ближе и берет на себя роль менеджера. Сидни и Карми становятся партнерами по бизнесу, но от серии к серии будут проходить путь до самых настоящих платонических отношений, одной ногой практически уже находясь в категории соулмейтов с перспективой на большее. Раны потихоньку начинают зарастать. 

Начало их взаимодействия окрашено нервной неловкостью из-за резкого перехода на новый уровень коннекта, и за этим хочется наблюдать с жадностью исследователя. По правде говоря, взаимоотношения Сидни и Карми являются одной из центральных веток развития сюжета. Во время разработки меню на кухне они перебрасываются рассказами из жизни, глупыми вопросами, делят один жест на двоих. В такие моменты герои определенно ощущают, что конкретно в этом месте и среди этих людей они могут быть на одной волне только друг с другом, что понимание можно найти только друг в друге. Схожие травмы и знание тайн их профессии делает героев и их связь особенными.

В определенный момент арка развития персонажа доходит и до пекаря Маркуса (Лайонел Бойс) — еще одного члена команды ресторана, и Карми отправляет его к своему давнему знакомому Луке (Уилл Поултер), у которого он сам стажировался когда-то. То, с какой любовью в сериале относятся к каждому, чутко передается через поступки. Сами герои, несмотря на все свои шероховатости, стараются открыть лучшее в себе. Так происходит и с Маркусом, который, помимо улучшения навыков выпечки, учится чувствовать, понимать и принимать течение жизни, а также дисциплине и смирению.

Однако, несмотря на прогресс в личностном и сюжетном развитии героев, создатели не были бы такими прекрасными психологами, если бы не ввели фактор прошлой жизни в фазу исцеления.

Этим фактором становится Клэр (Молли Гордон) — девушка и подруга из прошлого Карми, которая, по сути, будет являться якорем, удерживающим Берзатто-младшего в этом самом прошлом и мешающим ему полноценно двигаться вперед. Она сбивает героя с толку и отвлекает от цели. Несмотря на то, что она красива и ее пытаются продвигать как что-то приятное в буднях Карми, Клэр все же пустой персонаж без особой индивидуальности. Одним из самых ярких примеров смены фокуса главного героя будет ситуация, в которой Карми сам приглашает Сидни на дегустацию и сам же с нее сливается, как только ему звонит Клэр. На протяжении всего сезона она продолжит вставать в сюжете, как кость в горле. Карми будет терять свою сосредоточенность и в итоге предпочтет сбежать со своей переподругой-недодевушкой, а не решать насущные вопросы с жизнью и рестораном. В процессе просмотра можно отметить, как общий тон «беготни» в сериале постепенно сбивается, и вместо радости от передышки подступает только злоба от сбившегося ритма и дыхания.

Но не только Клэр является весточкой из прошлого: во втором сезоне есть одна особенная серия, которая длится час и отличается тем, что происходит за год до настоящих событий. Это семейный ужин Берзатто и их друзей на Рождество, и именно здесь зрителю дают узнать, откуда растут ноги у всех проблем. Нам показывают, почему Натали стала такой тревожной и вечно заботящейся о других, почему Майки пришел к тому, к чему пришел, и почему Карми — это все еще бунтующий ребенок.

Семья Берзатто — это бесконечный шум. Они росли без отца, но с матерью, которая занималась саморазрушением и не подпускала к себе никого, однако при этом постоянно находится в конфронтации со всеми близкими. Майки — старший и потерянный ребенок, который отчаянно хочет видеть только хорошее в мире и в людях, но тоже стремительно разрушается изнутри, борется с депрессией и пристрастием к успокоительным. Принимая не самое лучшее решение, он старается отстранить от себя Карми, чтобы не погружать его в свои проблемы, и почти полностью разрывает с ним всякий контакт вне дома. Этим поступком он формирует искаженное восприятие мира у своего младшего брата, который рос практически без отца и взамен видел отцовскую фигуру в старшем брате. Этот разрыв близких отношений провоцирует в Карми отрицание, которое он направляет в перфекционизм, доходящий до абсурда. Берзатто-младший становится самым узнаваемым шеф-поваром в стране, практически живя на работе, однако внутри он недоволен собой, так как старший брат/отцовская фигура не способен принять его. Настоящий Карми нервный, агрессивный и часто огрызается, тем самым давая понять, что эмоционально он застрял именно в таком прошлом.

Натали — «стеклянный ребенок», дочь и вторая по очереди, застрявшая между двумя братьями. Деструктивная мать вымещает на ней свои эмоции, в ответ же Натали  желает лишь помочь ей, считая, что должна и может повлиять на поведение мамы. Такая ситуация формирует у девушки зависимость от подобного состояния и синдром спасателя. Показательным будет момент, когда буквально все во время этого рождественского ужина летит к чертям, и Донна, мать семейства Берзатто, истошно орет о том, что никто в этом доме не хочет ей помогать, в то время как Шугар (такую кличку дали Натали в семье) вытирает пол от в очередной раз свалившейся еды. Донна хватает ее за лицо и яростно шепчет, чтобы та принесла пистолет, вынесла ей мозги и затем доготовила ужин. Этот важный эпизод говорит о том, что, как истинный нарцисс, Донна не заботится ни о чьих чувствах кроме своих собственных, и именно из-за этого психика Натали дает трещину. 

Сам эпизод выстроен как один сплошной непрекращающийся диалог, который невозможно поставить на паузу и передохнуть, весь час смотрится на одном дыхании и с замиранием сердца от созерцания непрекращающегося хаоса. Семейство Берзатто — это пособие по изучению всех психологических факторов травмы, а эта серия — доказательство, что все их проблемы в жизни начались именно с деструктивной семьи. Но каждый из ее членов сам выбирает, что ему нести дальше в мир, а что лучше оставить в прошлом.

В противовес такой эмоциональной вакханалии идет одна из самых лучших серий, показывающих развитие и раскрывающих персонажа, и не только в этом сериале, но и в целом среди прочих подобных историй, которые есть сейчас на телевидении. Задел такой: Ричи продолжает отрицать происходящее и испытывает кризис личности, как человек, который не знает свое место в мире и потому воспринимает все происходящее посягательством на его самомнение и самолюбие. Однако с каждым новым днем в ресторане «кузен» потихоньку отпускает свое эго и находит новые смыслы в своем существовании. Находясь рядом с людьми, которые искренне любят свою работу и выполняют ее лучшим образом, создавая незабываемые впечатления для гостей, Ричи начинает испытывать новые эмоции и находить новые связи с реальностью. Он переосмысливает себя, нащупывая свое предназначение, и идет на стажировку в один из лучших ресторанов страны.

В конечном счете зритель получает одну из самых изумительных сцен на телевидении последних лет: Ричи обретает себя и свое предназначение, он кайфует от того, что делает, и выстраивает нового себя, преодолевая все барьеры. Под песню Тейлор Свифт — Love story он мчится по городу, напевая во все горло. Простые вещи создают значительные детали для внимания клиента. Замечать и запоминать. В жизненном моменте важна каждая секунда. Every second counts. Такие выводы оставляет после себя эта серия как для Ричи, так и для зрителя.

Тем не менее, к концу сезона становится ясно, что неопределенность Карми начинает мешать всему, а особенно — рабочему процессу. Карми мечется между привычным и сладким прошлым, где он может расслабиться в своей обычной тревожности, и новой реальностью, где нужно выстраивать свою жизнь и вникать в дела ресторана. Он пропускает переговоры и дегустации, спорит с Сидни и ведет себя как болван. Вопреки выбранной тактике спокойствия, Сидни больше всех раздражается от таких обстоятельств. Она злится, у нее дергается глаз от упоминания Клэр и того, что Карми предпочитает проводить время с ней, а не заниматься своим детищем, которое должно открыться совсем скоро.

Как бы создатели ни открещивались, но именно такие мелочи выдают особенное отношение к происходящему у персонажей. Показателен также тот факт, что во время панической атаки у Карми в голове проносятся все самые паршивые воспоминания о прошлом, о маме, о брате, и среди них всех мелькают и образы Клэр. При этом именно воспоминания о первой встречи с Сидни и ее слова смогли успокоить его и привести в чувство. Сидни начинает занимать особенное место в его жизни, фактически становясь его спокойствием и тихой гаванью, как бы ужасно он себя ни вел. Даже если создатели не закладывали в это большего смысла, они все равно очень точно попали в суть слоуберна (прим. автора: слоуберн — ситуация, при которой персонажи очень долго идут к осознанию и принятию своих чувств). Этот сезон изобилует такими моментами. Финальной в этой череде становится сцена под столом, когда Сидни и Карми, будто два подростка под одеялом, делятся секретами и своими чувствами практически шепотом, признаваясь друг другу в своих переживаниях, что на самом деле они никто в этом деле и что поодиночке наверняка провалились бы. Это такой тихий и одновременно громкий момент, что трудно представить что-то более интимное в данной ситуации. Дополняет все подгон в виде именного кителя от Tom Brown, над которым Карми раздумывал в середине сезона. Делиться вещами, которые прошли через его жизнь, — это язык любви Берзатто-младшего.

Однако такая идиллия, конечно, не может длиться вечно. В какой-то момент, как и положено, все идет не так. Две жизни Карми пересекаются, и ему приходится выбирать между миром прошлого (который символизирует собой Клэр, и в частности сцена, где героя накрывает паническая атака, когда звонок девушки накладывается на телефонный разговор по поводу ремонта холодильника) и миром настоящего, где есть слаженная работа ресторана и его команды. В итоге Карми не выбирает ни то, ни другое, что приводит к череде проблем и падению Берзатто еще дальше в пропасть.

Люди теряются, заказы не отдаются, все волнуются. Карми ведет себя в свойственной ему манере — начинает злиться и попадает в ловушку, которую сам же и создал. Он застревает в холодильнике, мощно выругиваясь. Берзатто-младший нервничает, и его накрывает очередная паническая атака, которая сопровождается все теми же видениями, что и раньше, но теперь к ним добавляется еще и повар, который унижал героя на прошлой работе, как метафора одного из корней его проблем с головой. Карми вновь бежит от ответственности за свою жизнь и за свои травмы, он запирает себя в собственной голове, снова делая больно самым, казалось бы, близким людям через словесную перепалку с Ричи и нелестную тираду об отношениях с Клэр. Берзатто-младший сам все ломает и автоматически двигается к той версии себя, которой он был в начале своего пути к исцелению. 

Именно в этот момент в жизнях Карми и Сидни происходит точка невозврата. В то время как Карми запирается в своей «скорлупе», боясь выйти из нее и взять на себя ответственность (в точности как его мать, с которой они оказываются идентично похожи), Сидни берет себя в руки и преодолевает свои страхи. Она принимает ситуацию, и самое главное — она принимает помощь, ведь кухня — это командная работа слаженного механизма. Сидни, Ричи, Тина и вся остальная команда доказывают это своим примером. Таким образом Карми проводит грань между собой и близкими людьми, которые во время его бегства от ответственности росли над собой как единый организм, несмотря на все трудности. Берзатто же застрял в собственной «скорлупе», и чтобы вытащить его оттуда, придется вскрывать дверь.

Финальный аккорд — это трусливое признание Карми самому себе, что в данный момент он не может совладать со своей жизнью. Пока в ней перманентно присутствует тревога и нет рутины, его мозг просто не способен обрабатывать что-то большее, чем бесконечное напряжение. Герой думает, что должен отдалиться от всего, чтобы вернуть себе себя, но он больше не тот Карми, которым был раньше. Эта новая версия его личности уже начала прорастать, и именно поэтому, в результате  отказа от нового мира, Берзатто-младший входит в фазу стагнации и падения после такого нелегкого процесса исцеления. На этом и заканчивается второй сезон. Продолжение с третьим этапом истории «Медведя» — в следующем материале!