Команда «Интертиров» любит разговаривать о кино. Чем больше душевных бесед о кино, тем мы счастливее. Поэтому мы решили добавить масштаба нашей любви с помощью рубрики #спешл!

Встречайте — небольшое интервью с создателем канала «Руки Брессона», киноэссеистом, автором Film.ru, START и Окколокино Владимиром Ростовским! Обсудили будущее арт-мейнстрима, тренды в документальном кино, судьбу игрового кино в России. А главное —поговорили о личном: о любимых фестивалях и киномечтах.

1. Как ты относишься к развитию арт-мейнстрима в кино? Например, Дени Вильнёв его активно продвигает своими фильмами.

Как относится лобстер к постепенному повышению температуры воды в кастрюле? Арт-мейнстрим — закономерный этап развития зрительского кино в эпоху инфлюенсеров. Автор (по крайне мере в контексте интерпретации произведения) в известной степени умер еще в середине прошлого века, и за годы технического прогресса и ветвления съемочного процесса фигура некоего «Творца» на площадке и за ее пределами приобрела скорее маркетинговые функции. Если анализировать, то даже внутри арт-мейнстрима есть собственная градация: скажем, Вильнев, Финчер, Шазелл и Гервиг — признанные тяжеловесы; Пил, Эггерс, Астер, Литч — жанровые функционеры, а братья Сафди, дуэт Бенсона и Мурхеда, Яница Браво или Бутс Райли — представители новой «странной» волны. Являются ли эти режиссеры авторскими величинами уровня Брессона, Одзу или Фассбиндера? Нет. Остаются ли они ведущими постановщиками не одного, а даже нескольких поколений? Однозначно.

Возвращаюсь к сути вопроса: развитие арт-мейнстрима неизбежно и сказывается на голливудском кинематографе (а мы здесь можем говорить только о Голливуде, для остального мира процесс несколько отличается) только положительно. Кино — живое искусство, не чуждое эволюции, и подобные гибриды всегда идут на пользу.

2. Сейчас даже в массовом кино появляется все больше авторского видения и элементов его выражения. Можно ли сказать, что зрители в РФ тоже стали больше интересоваться авторскими зарубежными фильмами?

Сложно давать какую-то оценку заинтересованности российских зрителей в зарубежном кино, когда выборка для них сократилась в разы. Можно лишь констатировать, что на кинорынок РФ с уходом мэйджоров стало проникать больше независимых авторских фильмов, в том числе из Европы и Азии. Но авторское кино в принципе очень специфичный продукт, далеко не всегда доступный массовому зрителю, заинтересованность которого в подобного рода лентах находится примерно на одном уровне с абсолютным нулем.

3. Какие тенденции наблюдаются сейчас в документальном кино в РФ и в мире? Почему эти темы освещаются именно в документальных фильмах, а не в игровых, и усиливается ли в целом интерес к документальному кино?

Тенденции практически те же, что и в игровом кино. Это рост роли репрезентации (во всех проявлениях), мультижанровость и привлечение новых технологий. Последнее документалисты используют даже активнее коллег из художественного кино — VR, AR, смешивание анимационных и реальных элементов, интерактивность, все, что кажется диким в игровых фильмах, в доках легко и быстро занимает прочное место. Секрет — в жизненной необходимости для большинства документалистов оставаться актуальными. Это же относится к выбору тем: игровое кино (если мы говорим именно о студийных фильмах) тяжеловесно — от создания сценария на актуальную тему до выхода картины на экраны может пройти год и больше, тогда как документалисты за это время способны собрать даже не один фильм, в частности, из-за упрощенного процесса производства и отсутствия студийных ограничений (в определенной мере).

Что касается роста интереса к доку, то в нем замешаны стриминговые сервисы, увеличившие доступность неигрового кино и, тем самым, повысившие его привлекательность. Благодаря Netflix весь мир зафанател от дорогих документалок вроде Chef’s Table, Salt Fat Acid Heat и небезызвестной Tiger King. Отдельно стоят тру-крайм истории, количество которых кратно увеличилось за последние пару лет. Еще одним важным фактором, сыгравшим роль в док-ренессансе, стала пандемия COVID-19. Период самоизоляции перелопатил не только кинопрокат, но и традиции домашнего смотрения. Люди потянулись к обычным (или не очень, зависит от конкретных вкусов) человеческим историям, которых лишились за месяцы сидения взаперти.

4. Как ты думаешь, сказочные сюжеты (экранизации сказок, легенд) продолжат преобладать в российском массовом кино?

Безусловно, с изменением повестки и некоторых других обстоятельств, заставляющих тянуться к эскапистскому досугу, сфера интересов массового зрителя разнообразится чем-то другим. Как в свое время быстро пролетела пора лирических комедий или постсоветской кинематографической анархии. Преобладание любого сюжета, жанра и направления всегда конечно — зритель любит разнообразие и быстро теряет интерес к повторяющимся паттернам. За примером далеко ходить не надо, мы можем наблюдать затянувшийся кризис супергеройского кино — максимально зрительского развлечение, бившего все рекорды кассовых сборов еще какие-то пять лет назад, а сейчас проходящего стадию стагнации, хорошо знакомую таким жанрам, как вестерн, нуар и слэшер.

5. Какой твой любимый кинофестиваль? Или фестиваль, за лайнапом и жюри которого ты особо внимательно следишь.

Сложный вопрос. Наверное, в первую очередь это Большая тройка европейских кинофестивалей: Канны, Берлин, Венеция. Одно время было интересно наблюдать за лайнапом Санденса, но последние годы американский инди-фест сильно сдал, превратившись из безденежного авторского сборища в сытый курорт ворчливых молодых стариков. А вот на SXSW все еще можно найти что-то обнадеживающее. Фестиваль в Локарно, хоть и не входит в грандиозные топы, но тоже удивить способен. Из российских кинофестивалей могу отметить Международный фестиваль кинодебютов «Дух Oгня», «Окно в Европу»‎ и Артдокфест, пусть последний, увы, и вынужденно поменял прописку.

6. У тебя есть какая-то большая мечта, связанная с кинодеятельностью? Например, снять фильм, сделать материал для The Hollywood Reporter или написать свой сценарий, посетить фестиваль, что-то еще?

Спасибо, что заставляете проговаривать такие вещи, так они кажутся чуть ближе) По одному из образований я режиссер, но судьба в определенный момент оказалась сильнее тяги к свободному творчеству, и меня захватила киноэссеистика (по моему скромному мнению, кинокритика в ее традиционном понимании практически мертва, и совесть не позволяет применить к себе подобный эпитет). Поэтому, конечно, моя самая большая мечта — не только писать о кино, но и снимать его. Если спускаться на уровень ниже, то посотрудничать с печатным изданием — тоже был бы невероятно интересный опыт. Печатных медиа о кино крайне мало, все они удивительно самобытны и прекрасны, словно осколки некогда великой, но забытой цивилизации, а люди, поддерживающие в эпоху соцсетей и скороспелого контента такие анахронизмы на плаву, мне всегда представлялись смесью Клинта Иствуда и Бернарда Блэка, только без стрельбы и с гораздо более развитым талантом продаж.

Руки Брессона

Материалы автора

Неизбежность арт-мейнстрима, тренды в док кино, любимые фесты и мечты: разговоры о важном с создателем канала «Руки Брессона»