Вера, безверие и немного Джа-Джа Бинкса: что не так с «Еретиком»?

«Еретик» — амбициозный и противоречивый хоррор от режиссёрского дуэта Скотта Бека и Брайана Вудса, известных по сценарию успешного зрительского триллера «Тихое место». Наследуя эстетические и слоубёрновские традиции студии A24, новый фильм сочетает в себе критический подход к религии, философские размышления и огромный пласт поп-культурных отсылок. А также настольные игры и колонку юмора. 

Фильм сразу привлекает внимание звёздным актёрским составом: шикарнейший Хью Грант в неожиданном для себя амплуа зловещего циника мистера Рида выдаёт одно из лучших своих перевоплощений за многие годы, а молодые актрисы Софи Тэтчер и Хлоя Ист вносят глубину в образы девушек, мечущихся между верой и внутренними сомнениями. Бек и Вудс, отходя от прошлой успешной работы, делают ставку на долгое (иногда даже слишком долгое, учитывая, что первая часть картины длится почти час) диалоговое нагнетание, так свойственное «медленным» хоррорам. В «Еретике» практически нет прямого насилия, такого типичного для этого жанра: слегка душноватый мистер Рид манипулирует взглядами миссионерок так, что они самостоятельно приводят себя к финальной точке сюжета, понимая это, но не то чтобы пытаясь бороться. 

Хью Грант, известный своими ролями обаятельных героев в романтических комедиях, демонстрирует удивительную гибкость как актёр, преображаясь в мистера Рида — персонажа, который вызывает восхищение как благодаря харизме самого Гранта, так и от его умелого перевоплощения в эдакого скуфа-зануду, приставшего к молодым девушкам с бессмысленными философскими расспросами. Гарантирую, лента стоит просмотра хотя бы ради того, чтобы увидеть, как он изображает Джа-Джа Бинкса. Мистер Рид выступает неким символом рационального зла, основанного на логике и презрении к человеческим слабостям. Сам актёр в интервью рассказывал, что лично сочинил историю для своего персонажа, университетского преподавателя-теолога, ушедшего с должности в связи с необъяснимой пропажей одной из студенток. Его вдохновение от речей известных атеистов, таких как Ричард Докинз, позволяет герою Гранта звучать убедительно и интеллигентно, хоть иногда и слишком заносчиво. И даже на первый взгляд уютный дом оказывается таким же фейковым, как и его владелец: это огромный лабиринт с неисчислимым количеством потайных ходов и туннелей, где девушки исполняют роль лишь оловянных фигурок на игровом поле. Тема игр, в особенности настольных, красной нитью проходит через весь фильм: когда одна из миссионерок с недоумением спрашивает: «Я не понимаю, в какую именно игру вы играете?», Рид отвечает: «В "Монополию"». 

Софи Тэтчер и Хлоя Ист создают живые образы, свободные от стереотипов о религиозных фанатиках. Их героини, сестра Барнс и сестра Пакстон, представляют два полярных подхода к вере: рефлексивная и уверенная в себе Барнс против сомневающейся и наивной, по-детски простой Пакстон. Этот дуализм создаёт интереснейшее взаимодействие между персонажами, раскрывающимися по ходу фильма. За актрисами всё ещё интересно наблюдать, даже когда сценарий теряет нить повествования и тонет в собственной драматургии. Девушки ведут себя куда раскрепощённее, чем может позволить их религия: они рассуждают о связи Бога и порно, принимают противозачаточные и строят собственную иерархию любимого фастфуда. Слегка скомканный и нервный персонаж сестры Пакстон раскрывается как серьёзный интеллектуальный противник мистера Рида. 

Операторская работа Чон Джон-хуна, известного по «Олдбою», — одна из ценнейших частей «Еретика». Использование замкнутых пространств и абсолютно «достоевской» желтоватой цветовой палитры создаёт дискомфорт, а такое обилие религиозной атрибутики, литературы и различных версий «Монополии» действительно пугает. Хоррор умело преподносит вопросы веры, скептицизма и власти, превращая их в сюжетные движки. Дискуссии между персонажами — это не только средство раскрытия характеров, но и основной двигатель сюжета. Постоянное сравнение различных религий с массовой культурой, аналогии между развитием религиозных течений и перевыпусками игры «Монополия» или судебными исками Radiohead и Ланы Дель Рэй — абсолютное золото и смех в чистом виде. В один ряд ставятся цитаты из «Человека-паука» и трудов Вольтера, что иногда заставляет тебя совершенно забыть, на фильм какого жанра ты пришёл.

Несмотря на явные недостатки, такие как провисание в динамике второй половины, первая часть, потрясающая актёрская составляющая и визуал создают действительно достойную внимания и обсуждения картину. Фильм исследует веру как инструмент контроля, и здесь мистер Рид — не только антагонист, но и своего рода проповедник, который методично и решительно разбирает догматы мормонизма, умело манипулируя девушками и проверяя искренность их веры. И вс же для него это не больше, чем настольная игра, в которой он сам мнит себя Богом, наблюдающим за деревянной моделью домика и метаниями верующих как бы сверху, не марая руки. 

И хотя лента действительно стремится к интеллектуальной глубине, многие тезисы мистера Рида выглядят заезженными или недостаточно убедительными. Авторы тратят слишком много времени на экспозицию и философские диалоги, из-за чего динамика убийственно страдает. Первый час больше напоминает хоть и интересную, но скорее ютубовскую лекцию по теологии, чем напряжённый хоррор, а ключевые события разворачиваются слишком медленно. Сцены пыток и финальные твисты лишены необходимого, да и вообще хоть какого-либо накала. Им не хватает шокирующего или эмоционального воздействия, что делает развязку разочаровывающе стандартной для этого жанра.

К сожалению, «Еретик» — тот самый случай, когда начали вроде бы за здравие, а кончили за упокой, причём всех персонажей и зрителей в том числе. На фоне многих хорроров картина определённо запоминается сильной попыткой найти баланс на грани между сатирой и философией, но концовка смазывает впечатление так сильно, что начинает казаться, будто и юмор был не настолько смешным, и философия недостаточно глубокой. «Еретик» задаёт действительно интересный вопрос: кто на самом деле злодей — тот, кто разрушает чужие иллюзии, или тот, кто упорно цепляется за них? Но вряд ли авторы сами смогли дать себе на него ответ, не говоря уже о том, чтобы переложить это в сценарий.