«Крипер»: что творится в уютном лесном домике?
4 декабря в российский прокат вышла новая работа хоррор-мейкера Осгуда Перкинса «Крипер» (оригинальное название Keeper, что переводится как «Хранитель»). За последние полтора года режиссёр выпустил несколько фильмов, включая «Собирателя душ» (2024) и «Обезьяну» (2025), укрепивших за ним репутацию одного из самых интересных авторов современного кино в жанре ужасов. В своей новой картине Перкинс полностью сосредоточился на психологическом хорроре с элементами мистики, экспериментируя с визуальными и аудиальными приёмами, чтобы погрузить зрителя в атмосферу тревоги и клаустрофобии. Об этом и многом другом — читайте в нашей новой рецензии.
Художница Лиз (Татьяна Маслани) и её «хороший» бойфренд Малкольм (Россиф Сазерленд) отмечают свою первую годовщину. Важную дату они решают провести в интимной обстановке, отправившись на выходные загород в родной дом Малкольма. С виду уютный домик, словно со страницы каталога «современное семейное жильё», постепенно наполняется тревожными деталями, например, появляется странный торт от домработницы. А вскоре и сам дом, будто живой, начинает реагировать на присутствие Лиз: звуки и зловещие мелочи словно подталкивают её к мысли, что в этом месте происходит нечто, о чём Малкольм умалчивает.
С первых кадров фильм погружает в ощущение тревоги, но концентрируется он на потаённым страхе женщин: изначально в слоумо перед камерой кружатся красивые девушки, создавая иллюзию спокойствия, но уже через минуту атмосфера накаляется и перерастает в кровавую вакханалию. Основной фокус смещён на переживания Лиз — внешне уютный дом постепенно вызывает у героини нарастающее чувство паники. Всё это сопровождается соответствующей музыкой и сценами галлюцинациям героини, усиливающими эффект погружения в её внутренний мир.
При этом серьёзных проблем в отношениях с Малкольмом мы не видим: мужчина мягкий и внимательный, но это не снижает чувство тревоги у Лиз. В её голове крутится клубок сомнений: можно ли с ним завести семью? не слишком ли она стара для него? можно ли ему вообще доверять? Все ответы приходят лишь в третьем акте, где страхи Лиз разыгрываются самым жестоким образом — так, как и требует жанр ужасов.
Такие дыры в сценарии «Крипера» можно объяснить динамичным производственным процессом. Фильм снимался в Канаде во время забастовок сценаристов и актёров в Голливуде в 2023 году, когда работа над фильмом «Обезьяна» была приостановлена. Чтобы не терять время, режиссёр пригласил канадского сценариста Ника Лепарда, не состоящего в Writers Guild, и собрал минимальный съёмочный состав. Съёмки проходили быстро, на одной локации в загородном доме, что с одной стороны создало впечатление спёртости атмосферы и ощущение клаустрофобии, а с другой — не оставило времени на формирование сюжета. Прежде всего вызывают вопросы причины страха Лиз — было ли что-то пугающее в поведении её бойфренда ранее или тревога вызвана женской интуицией, которую сложно объяснить словами.
Многие критики отметили неустойчивость фильма, и их можно понять. «Собиратель душ» и «Обезьяна» задали высокую планку, сочетая юмор и хоррор-элементы. Главное — они хотя бы как-то объясняли, о чём хотел поговорить с нами автор. В «Крипере» же Перкинс сосредоточен на создании пугающей атмосферы почти без сюжета и сложных драматических поворотов. Он терзает зрителя, не давая до последнего акта ни ясных ответов, ни выплеска адреналина на пугающих сценах.
Зато в последнем акте Перкинс полностью отыгрывается. К слоубёрну, изводящему зрителя, добавляются фольклорные элементы, привносящие мистические нотки страшной сказки. Но это далеко не самые пугающие детали: по-настоящему жуткими становятся «дети», скрывающиеся по всему дому. Эти чудовища, внешне поражённые эффектом зловещей долины, выглядят странно и чуждо, создавая ощущение ирреальности, но при этом они помогают героине реализовать мотив мести. Режиссёр умело смешивает жанры, визуальные и аудио приёмы, но не складывает их в единую конструкцию, а скорее наслаивает свои любимые техники, создавая плотную, хаотично-пугающую обстановку.
В «Крипере» Перкинс явно не стремится к морали или глубокой идее — ему интереснее атмосфера. Он создаёт фильм скорее для того, чтобы самому поиграть со страхами, образами и приёмами, чем для того, чтобы донести до зрителя какой-то вывод. Но жанр хоррора уже давно вышел за рамки «низкорейтингового развлечения» и стал площадкой для разговоров о социальных темах, травмах и сложных эмоциях — зритель ждёт не только пугающих картинок, но и смысла, который за ними стоит. И именно здесь «Крипер» теряется: оставаясь стильным и атмосферным экспериментом, он почти не даёт пищи для размышлений, предлагая вместо этого набор эффектных, но разрозненных страхов.
