«Годзилла: Минус один»
В сети появился «Годзилла: Минус один» — долгожданное переосмысление легендарного японского монстра, триумфально прошедшее в мировом прокате и взявшее статуэтку за лучшие визуальные эффекты на прошедшем «Оскаре». О самом человечном фильме про Годзиллу рассказывает Лена Сучкова.
В последние дни Второй мировой войны пилот-камикадзе Коичи* принимает решение не умирать за свою страну, а под предлогом неполадок с двигателем приземлиться на островной военной базе. В ту же ночь на сушу вылезает молодой Годзилла и уничтожает почти всех присутствующих: в живых остаются только Коичи и один из механиков.
Спустя несколько месяцев главный герой возвращается в Токио и обнаруживает, что его родители погибли, а дом лежит в руинах. Он знакомится с молодой девушкой Норико, которая приютила осиротевшую девочку, и все трое создают импровизированную семью, а дружелюбная соседка Сумико оказывает им моральную поддержку и присматривает за детьми. Несмотря на мирную идиллию, Коичи мучает чувство вины за отказ от миссии камикадзе и за то, что он выжил после резни на острове.
Тем временем на дворе 1946 год, и благодаря ядерным испытаниям на атолле Бикини Годзилла становится сильнее и несокрушимее, чем когда-либо, и к грозному арсеналу гигантского ящера добавляется способность изрыгать смертоносные тепловые лучи. Вскоре он вновь вторгается на сушу, разрушает токийский район Гинза и, похоже, убивает Норико, оставляя маленькую девочку без матери. Коичи, ведомый уже невыносимым горем и виной выжившего, решает помочь избавиться от Годзиллы раз и навсегда.
Годзилла уже давно воспринимается как символическое изображение ядерной катастрофы, постигшей Японию. Эта метафора была центральной в оригинальной «Годзилле», вышедшей менее чем через десятилетие после окончания Второй мировой, и в наши дни режиссер Такаши Ямадзаки тоже наполняет фильм персонажами, пережившими столько горя, но находящими внутренние силы для еще одного смертельного испытания. Однако «Годзилла: Минус один» добавляет и более личное измерение в виде затянувшейся травмы Коичи; он считает, что единственный способ искупить свою вину — уничтожить монстра.
На контрасте с другим недавним фильмом франшизы «Годзилла: Возрождение» Хидэаки Анно, у Ямадзаки Токио спасает не бюрократическая машина, а небольшая группа бесстрашных людей, в то время как правительство бездействует. «Человеческая жизнь в нашей стране всегда ценилась невысоко, […] даже военные самолеты у нас строили без катапультируемых сидений», — констатирует один из персонажей перед финальным столкновением с монстром, очерчивая одну из основных идей киноленты: нет ничего романтичного в слепом самопожертвовании, гораздо важнее работать сообща, не пренебрегая ни одним отдельным человеком.
Сцены на маленькой лачуге посреди океана с огромным зубастым чудовищем за бортом отчетливо отдают «Челюстями», а самая первая сцена с молодым Годзиллой вызывает сильные ассоциации с «Парком Юрского периода», и Ямадзаки в интервью не скрывает влияния Спилберга на свой фильм. Картина не распыляется на несколько сюжетных линий, в отличие от американской франшизы, и в спилберговской манере в этой эпичной истории с взрывающимися кораблями и растоптанными в крошку зданиями небольшая группка искренних персонажей — это самое большое достоинство «Годзиллы». Казалось бы, это главное правило классического сторителлинга, но как много масштабных проектов сейчас пренебрегают персонажами в угоду бесконечно долгим экшен-сценам. Ямадзаки же удалось, пожалуй, невозможное — впервые за всю 70-летнюю историю самого известного кайдзю зрителю не придется скучать на моментах с безликими героями и ждать, когда нагрянет великолепный монстр. Наоборот, когда Годзилла появится на экране, вы испытаете сильное волнение, ведь в этом огромном фильме маленькие люди играют самую большую роль.
*автор использует систему Хепберна для написания японских имен и названий
